Социальные права военнослужащих

1. В соответствии со статьёй 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» граждане, уволенные с военной службы, общая продолжительность военной службы которых составляет 20 лет и более, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более, и члены их семей обеспечиваются жильём соответствующими министерствами и ведомствами за счет средств федерального бюджета. Но когда военная служба подходит к концу и наступает время оформления необходимых документов, жилищные органы Минобороны России и других силовых ведомств начинают искать всевозможные поводы для того, чтобы отказать военнослужащему в осуществлении этого права.

В 2005 году военнослужащий О. заключил брак с гражданкой С. В 2008 году С. купила 2-комнатную квартиру, которую зарегистрировала на своё имя, а в 2011 году брак между О. и С. был расторгнут.

В 2017 году в связи с предстоящим увольнением в запас О. обратился в территориальное отделение жилищного органа Минобороны России с заявлением о признании его нуждающимся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, на состав семьи 1 человек.

По результатам рассмотрения заявления руководителем территориального отделения О. было отказано в признании нуждающимся в жилых помещениях. В основу такого решения были положены требования статей 34, 35, 39 Семейного кодекса РФ, согласно которым имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено, при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными. По мнению должностного лица при расторжении брака О. имел право на истребование части жилого помещения, приобретенного его бывшей супругой во время брака.

При этом должностным лицом не были учтены положения части 1 статьи 36 Семейного кодекса РФ, согласно которым имущество, принадлежащее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

После смерти в 2005 году матери гражданка С., супруга О., получила в собственность в порядке наследования, т.е. по безвозмездной сделке, 2-комнатную квартиру. В 2007 году она продала эту квартиру, на вырученные от продажи денежные средства приобрела другое жилое помещение, на которое оформила свидетельство о государственной регистрации права собственности на своё имя. Личные средства О., а также заработанные его супругой во время нахождения в браке денежные средства для покупки этого жилого помещения не использовались.

Согласно п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», не является общим совместным имущество, приобретённое хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежащие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования.

Следовательно, О. собственником доли в квартире, приобретенной его супругой, не являлся и права на истребование части этого жилого помещения не имел.

Судом исковые требования О. были удовлетворены в полном объёме.

 

2. В последние годы получили достаточно широкое распространение факты обращения в суды компетентных органов Минобороны России с исками о выселении военнослужащих из служебных жилых помещений в закрытых военных городках после реализации этими военнослужащими права на обеспечение жильём по избранному месту жительства после увольнения в случаях, когда после этого с ними заключаются новые контракты о прохождении военной службы.

Например, военнослужащий С., проживающий в закрытом военном городке в служебном жилом помещении, предоставленном ему в связи с прохождением военной службы, получил жилищную субсидию, приобрел жилое помещение в другом регионе России. После этого с ним заключен новый контракт о прохождении военной службы. Несмотря на то, что до увольнения С. остается несколько месяцев, Минобороны подаёт в суд иск о выселении С. из служебного жилого помещения, основываясь на том, что при принятии С. на учет нуждающихся в жилье по избранному месту жительства им было дано обязательство об освобождении служебного жилого помещения в 4-месячный срок после реализации своего права на жилье.

Изначально суды удовлетворяли такие иски, ссылаясь на положения статей 309, 310 Гражданского кодекса РФ об исполнении обязательств.

В целях защиты прав военнослужащих, к которым были заявлены подобные иски, и членов их семей, была избрана следующая правовая позиция.

В соответствии с положениями ч.1 ст.309 ГК РФ обязательства должны исполняться в соответствии с требованиями закона.

Вынужденно подписанные военнослужащими соглашения о сдаче служебного жилого помещения не позднее четырёх месяцев с момента реализации права на жильё по избранному месту жительства после увольнения в запас не предусмотрено ни жилищным законодательством России, ни ведомственными НПА Минобороны.

Вместе с тем, без подписания военнослужащим этого соглашения он не ставится на учёт нуждающихся в предоставления жилых помещений по избранному после увольнения с военной службы месту жительства или жилищной субсидии. Таким образом, можно вести речь о том, что подписание такого соглашения носило вынужденный характер, на крайне невыгодных условиях, вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем воспользовалась другая сторона, т.е. указанные действия подпадают под признаки кабальной сделки в соответствии с ч.3 ст.179 ГК РФ.

Кроме того, данное обязательство вступает в противоречие с положениями ч. 3 ст. 104 ЖК РФ, согласно которым договор найма служебного жилого помещения заключается на период прохождения службы, п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», в соответствии с которым служебные жилые помещения предоставляются военнослужащим - гражданам, проходящим военную службу по контракту, и совместно проживающим с ними членам их семей на весь срок военной службы в закрытых военных городках, а также военнослужащим, заключившим первый контракт о прохождении военной службы после 1 января 1998 года – на весь период военной службы.

Эта позиция помогла отстоять права военнослужащих указанной категории и членов их семей и способствовало изменению судебной практики.

 

3. Много проблем возникает и при постановке военнослужащих и членов их семей на учёт нуждающихся в предоставления жилых помещений по избранному после увольнения с военной службы месту жительства при наличии в семье детей старше 18 лет (23 лет в случае обучения в ВУЗах по очной форме).

Сплошь и рядом жилищные органы Минобороны России и других силовых ведомств отказывают в принятии на учет таких детей, ссылаясь на положения п.5 ст.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих», согласно которым к членам семей военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, на которых распространяются указанные социальные гарантии, компенсации, если иное не установлено настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, относятся:

супруга (супруг);

несовершеннолетние дети;

дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет;
дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных учреждениях по очной форме обучения;

лица, находящиеся на иждивении военнослужащих.

Такая позиция противоречит действующему законодательству. В соответствии с п.1 ст.15 вышеуказанного закона субсидия для приобретения или строительства жилого помещения либо жилое помещение в собственность бесплатно или по договору социального найма предоставляется военнослужащему и совместно проживающим с ним членам его семьи. Согласно п.25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2014 г. № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» при решении вопроса о том, кого следует относить к членам семьи военнослужащего, имеющим право на обеспечение жильем, судам следует руководствоваться нормами Жилищного кодекса РФ и Семейного кодекса РФ, т.е. других федеральных законов, о чем прямо сказано в п.5 ст.2 Закона.

Согласно ст.2 Семейного кодекса РФ к членам семьи относятся супруги, родители и дети (усыновители и усыновленные), при этом факт отнесения к членам семьи достижением определённого возраста не ограничен.

Исходя из положений ч.1 ст.69 Жилищного кодекса РФ, к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Таким образом, дети военнослужащего, проживающие совместно с ним, независимо от возраста должны учитываться при включении в списки нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма.

Главное при этом – доказать в суде факт совместного их проживания с военнослужащим.

 

4. Обеспечение военнослужащих денежным довольствием осуществляется через Единый расчётный центр Минобороны, куда должностными лицами соответствующих органов военного управления посредством системы «Алушта» направляются выписки из приказов об установлении военнослужащим конкретных размеров тех или иных выплат.

Нередки случаи, когда из-за ошибок должностных лиц, сбоев в работе системы и других подобных фактов, не зависящих от воли получателей денежного довольствия, начисления и выплаты производились в больших размерах, чем было положено. И тогда ЕРЦ обращается в суды с исками о взыскании с военнослужащих излишне выплаченных им денежных сумм как неосновательного обогащения.

При этом необходимо учитывать следующее.

В соответствии с п.3 ч.1 ст.1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата, приравненные к ней платежи и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счётной ошибки. Эти же требования содержатся и в пункте 6 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих ВС РФ, утверждённого приказом МО РФ от 30.12.2011 г. № 2700.

В таких случаях истцы, как правило, обосновывают свои требования счётной ошибкой. Вместе с тем, Верховный Суд РФ в определении от 20.01.2012 г. № 59-В11-17 указал, что счетной следует считать ошибку, допущенную в арифметических действиях (действиях, связанных с подсчетом), в то время как технические ошибки, в том числе совершенные по вине работодателя, счетными не являются. В связи с тим указанные выше требования ЕРЦ не основаны на законе.

Как недобросовестность со стороны получателя денежных средств суды расценивают, в частности, факты, когда военнослужащий, зная о том, что эти средства выплачены ему необоснованно, тем не менее, не сообщает об этом командованию либо в довольствующий орган, сознательно не принимает мер к возврату необоснованно выплаченных ему денег.